На Таймыре есть все для будущего развития

На Таймыре есть все для будущего развития

- Ильдар Иргашевич, с 90-х годов прошлого века северные территории России переживали не самые лучшие времена – сворачивалось производство, геологоразведка, уезжали специалисты… В чем сегодня инвестиционная привлекательность Таймыра?

На территории Таймырского Долгано-Ненецкого муниципального района сосредоточены большие запасы полезных ископаемых, добыча которых, я надеюсь, начнется в обозримом будущем. Свои предложения мы уже сформулировали и передали в Полярную комиссию Красноярского края.

К примеру, в 40 км от поселка Диксон находится крупнейшее месторождение коксующегося угля, запасы которого специалисты оценивают в 72 млн тонн. Это достаточно редкий вид сырья, который чрезвычайно нужен металлургии.

Многие годы каменный уголь добывался в районе Хатанги. Он был не самого высокого качества, но позволял обеспечивать топливом близлежащие поселки. Сегодня мы везем в Хатангу для 10 населенных пунктов уголь из Норильского промышленного района. По Енисею, через Карское море, пролив Вилькицкого, море Лаптевых и далее по реке Хатанга. На пути у нас три перегрузки, иногда ледокольная проводка… Представляете стоимость этого угля? В прошлом году на это ушло около 400 млн рублей.

Мы предлагаем начать освоение угольного месторождения «Каяк-2», которое расположено недалеко от Хатанги. На его запуск требуется, по предварительным данным, около одного миллиарда рублей. Но в перспективе расходы будут намного меньше - уголь-то свой и рядом. Кроме того, появятся новые рабочие места.

К инвестиционной привлекательности Таймыра я бы отнес и большие запасы углеводородов. На территории района с 60-х годов прошлого века ведется активная добыча природного газа. Есть у нас и газовый конденсат, причем достаточно высокого качества. Перерабатывая этот материал, мы совершенно свободно можем делать свой бензин с октановым числом от 92 до 98.

В свое время в Дудинке был цех переработки газового конденсата. Но уже много лет он не работает. В планах - возродить это производство, чтобы перерабатывать и нефть, и газовый конденсат. Мы завозим на Таймыр большое количество бензина и около 300 тысяч тонн солярки. На это расходуются огромные средства. Так почему бы не сократить эти расходы, производя бензин здесь, в районе.

Сегодня я могу сказать, что на Таймыр начинает активно заходить «Роснефть». А это означает, что в ближайшие 5-10 лет в районе будет активно развиваться нефтедобыча. Я надеюсь, что уже к 2016 – 2017 годам на Таймыре будет добываться около 10 млн тонн нефти. Теперь слово за специалистами, которые сейчас ведут оценку этих месторождений.

Территория Таймыра сегодня изучена всего процентов на десять. Тут возможны всякие геологические сюрпризы. Я очень на них надеюсь. Убежден, что через некоторое время район получит определенное развитие. И оно будет динамичным.

- Одной из главных проблем северных регионов является отсутствие развитой транспортной инфраструктуры. Как этот вопрос решается на Таймыре?

В вопросах транспортной доступности в Арктике важнейшую роль всегда играла авиация. В свое время весь Север летал на самолетах Ан-2. Неприхотливая, удобная машина грузоподъемностью в одну тонну. Он мог садиться на снег и на воду и в эксплуатации был недорог. Если бы Ан-2 летал сегодня, то стоимость часа эксплуатации этой машины обошлась бы заказчику в 25 – 30 тысяч рублей. В прошлом эти самолеты ежедневно, при благоприятных погодных условиях, летали во все поселки Таймыра. Иногда и по два – три раза в день.

Ан-2 ушел в историю. Ушли в историю малые вертолеты типа Ми-2. Теперь мы летаем на вертолетах Ми-8. А стоимость летного часа у этой машины более 150000 рублей.

Несколько лет назад депутаты Заксобрания Красноярского края и депутаты Думы Таймырского округа активно поднимали вопросы возрождения малой авиации. Так появилась авиакомпания «КрасАвиа». Именно она сегодня летает в Эвенкии и на Таймыре.

Но району нужны самолеты, способные перевозить 10-20 пассажиров. Машины, которые могут садиться и взлетать с необорудованных полос, простые в техническом обслуживании. Нужно возрождать такую авиацию. Это можно делать двумя способами - покупать импортную авиационную технику или начать производство своей для местных воздушных линий. Мне по душе второй вариант. Тем более что такой опыт у нашего авиапрома есть.

Сложнее с речными пассажирскими перевозками. Суда, которые сегодня ходят по Енисею, построены в середине 50-60-х годов. Более того, их осталось всего два: теплоходы «Александр Матросов» и «Валерий Чкалов».

Бюджету края строительство новых судов не по карману. Тут, я думаю, нужна федеральная программа и федеральная поддержка в эксплуатации. Посудите сами, навигация на Енисее длится четыре месяца в год, а восемь месяцев суда стоят в затонах. Это я о линии Красноярск – Дудинка. Но есть еще и перевозки внутри района. Хотелось бы купить пусть подержанный, но крепкий пассажирский теплоход, способный комфортно возить людей от Потапово до Воронцово, а то и до Диксона. Причем это судно должно иметь разрешение на эксплуатацию как в речной, так и в прибрежной морской зоне.

- В свое время на Север ехали романтики или те, кто хотел заработать. Кто едет сейчас? Есть ли кадровый голод в районе?

Кадровое обеспечение – серьезный вопрос. Из-за географической оторванности Таймыра эта проблема у нас чрезвычайно актуальна.

В сельском поселении Хатанга сегодня требуются две медицинские сестры, шесть врачей, шесть учителей, десяток специалистов инженерных профессий… В Дудинке есть вакансии шестнадцати педагогов, восемнадцати врачей и одиннадцати медицинских сестер. В спортшколы требуется пять тренеров. В районе большое количество вакантных рабочих специальностей - сварщики, слесари, водители, электрики, повара, пекари, плотники... Всех не перечислить.

Потенциального специалиста на Север могут привлечь несколько обстоятельств: достойная заработная плата, комфортные условия проживания, полный социальный пакет и возможность карьерного роста. Высокая северная заработная плата - это миф. Она тут не настолько высока. О комфортных условиях, особенно в тундровых поселках, говорить не приходится. Последнее крупное строительство в районе проводилось в 80-е годы. В такие условия сложно заманить молодых специалистов. Да и вообще специалистов.

Мы начали точечно строить квартиры в тундровых поселках, но доля их чрезвычайно мала. Средств на это нет. Наши обращения по этому вопросу поддержаны губернатором и краевым правительством. Надеюсь, что в скором времени мы начнем строить жилье для специалистов, приезжающих в район.

В 2015 году достигнута договоренность по предоставлению целевых бюджетных мест таймырским школьникам в Красноярском медицинском университете, Сибирском федеральном университете, Красноярском аграрном и педагогическом университетах, Российском государственном педагогическом университете имени А.И. Герцена, Государственной полярной академии, Сибирском государственном университете водного транспорта. В Якутии есть Арктический государственный институт культуры и искусства. Туда тоже поедут учиться молодые жители Таймыра.

Но их учеба продлится пять – шесть лет, а специалисты нужны уже сегодня. Вопросы кадрового обеспечения многие годы откладывались в «долгий ящик», поэтому быстро их решить невозможно. Но мы работаем над этим.

- Ильдар Иргашевич, чувствуется ли сегодня государственный интерес к Северу?

Да, конечно. Проблемы северных регионов во многом отличаются от проблем территорий средней полосы. В свое время, доказывая необходимость решения того или иного вопроса, я видел непонимание самой сути проблемы. Человек, с которым я говорил, и на севере-то никогда не был. Ведь наш Север — это в большинстве своем труднодоступные территории с минимально развитой транспортной инфраструктурой, с огромными расстояниями. Практически все поселения на Таймыре автономны по энерго- и теплоснабжению, у нас 26 дизельных электростанций!

Сегодня президент России Владимир Путин регулярно бывает в Арктике, в правительстве оперативно рассматриваются вопросы развития северных территорий. Кроме того, в декабре 2014 года создана Государственная комиссия по вопросам развития Арктики, возглавляемая заместителем председателя правительства страны Дмитрием Рогозиным. От Красноярского края в нее входит губернатор Виктор Толоконский.

Мы давно мечтали, чтобы появилось федеральное министерство по Арктике, по развитию северных территорий... Назвать можно по-всякому. И вот создана арктическая комиссия, которая возьмет на себя функции координатора всех событий, происходящих в высоких широтах. Теперь все стало проще. На всех уровнях работают профессионалы. Значит, результат будет.

Фото: Виталий Иванов


перейти к списку